Исламская культура

Неизвестное о всемирно известном Зирихгеране-Кубачи

22 Ноябрь , 2017
26 просмотров


Объектом данного исследования стали копии арабоязычных писем кубачинского происхождения, которые хранятся в Государственном Эрмитаже

Многочисленные письменные памятники на арабском, персидском и тюркском языках, обнаруженные в различных регионах Дагестана, сегодня свидетельствуют о тех глубоких и тесных связях, которые Дагестан исторически имел с великими центрами мировой цивилизации, каковыми являлись страны Среднего и Ближнего Востока. Поездки дагестанцев в мусульманские страны и усиливающиеся связи, а также контакты Ближнего Востока и Средней Азии приводили к культурному взаимообогащению народов.

Арабский язык на территории Дагестана функционировал в качестве языка религии, делопроизводства, науки и литературы. Упрочение позиций ислама у дагестанских народов сопровождалось распространением арабо-мусульманской культуры, освоением ее творческих жанров и популяризацией произведений арабской литературы. Востребованностью арабского языка среди населения Дагестана объясняется большое количество сохранившихся арабских лексикографических и грамматических сочинений, комментариев и субкомментариев к ним арабских и дагестанских авторов, а также значительный пласт культурной лексики, заимствованной дагестанскими языками.

Первые исследования и публикации арабоязычных писем северокавказского происхождения (в том числе и писем известного имама Дагестана и Чечни – Шамиля) были осуществлены по инициативе известного советского востоковеда И. Ю. Крачковского в 1933 году. Разумеется, что работа по изучению этого письменного наследия продолжалась в различных регионах России и позднее, проводится она и сегодня. В настоящее время в Дагестане она ведется как сотрудниками Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН, где в фонде восточных рукописей (состоящем из 13 653 единиц) хранятся более 4 тыс. арабских подлинных документов (в том числе 120 писем Шамиля), так и сотрудниками Дагестанского государственного университета. В частности, на кафедре арабской филологии факультета востоковедения ДГУ был подготовлен и еще в 2004 году издан в двух томах «Каталог арабских рукописей», хранящихся в Научной библиотеке ДГУ. Этот каталог, где описано более 800 рукописей, на сегодняшний день является важным вкладом в историю изучения рукописного наследия Дагестана.

Дагестанский аул потомственных оружейников и златокузнецов Кубачи, который ранее назывался Зирихгераном (в переводе с персидского языка – «изготовители кольчуг»), являлся столицей одного из раннесредневековых государственных образований Дагестана и был достаточно известен на Востоке. В государство Зирихгеран в тот период входило несколько поселений, расположенных недалеко друг от друга, среди которых Сулевкент, Амузги, Шири, Кала-Корейш, Ашты, Нахки. Из истории нам сегодня известно, что государство Зирихгеран существовало еще с VI века. С XV века оно стало известно под тюркским названием Кубачи (с тем же значением «изготовители кольчуг»). Зирихгеран упоминается арабскими историками ал-Белазури (ок. 820–892 гг.), ал-Масуди (ум. в 956 г.), ал-Гарнати (1080–1169 гг.), ал-Казвини (1203–1283 гг.) и мн. др.

Ислам, помимо общекультурного и религиозного фактора, определенное влияние оказал, в том числе, и на искусство Кубачи в самом начале его развития. В дальнейшем, в ходе своего самостоятельного развития, в XIII–XV вв. искусство Кубачи достигло необычайно высокого уровня развития и совершенства. Именно тогда были созданы выдающиеся произведения художественного бронзового литья, камнерезного искусства и резьбы по дереву, оружейного дела, которые вошли в сокровищницу мировой художественной культуры. Многие из этих произведений, вывезенные в разное время из Кубачи, ныне хранятся в таких крупнейших музеях мира, как Лувр в Париже, Музей Виктории и Альберта в Лондоне, Метрополитен-музей в Нью-Йорке, Государственный Эрмитаж и Российский этнографический музей в Санкт-Петербурге, Оружейная палата в Московском Кремле и ряд других.

Об ауле Кубачи, как всемирно известном центре декоративно-прикладного искусства, написано много, им интересовались и историки, и искусствоведы, и этнографы. Однако арабоязычная письменная культура жителей Зирихгерана-Кубачи, сформировавшаяся в разные периоды своей истории, до сих пор остается неисследованной. Вне поля зрения востоковедов оставались, например, образцы эпистолярного жанра на арабском языке (официальная и частная переписка), как, впрочем, остается малоизученным и само влияние исламской культуры на культуру и искусство кубачинцев.

Объектом настоящего исследования стали копии арабоязычных писем кубачинского происхождения, которые хранятся в Государственном Эрмитаже в г. Санкт-Петербурге. Сегодня эта коллекция, по мнению сотрудника Санкт-Петербургского филиала института востоковедения РАН Рукият Шарафутдиновой, «является единственной и уникальной». Трудно объяснить сегодня, с чем связано отсутствие в научном обороте других памятников письменной культуры кубачинского происхождения. Вероятно, что жителей, говорящих на кубачинском языке, любящих и ценящих все старинное, красивое и редкое, добывающих все это своим трудом и талантом, трудно склонить к тому, чтобы они расстались с каким-либо предметом из своей ценной коллекции. Наверняка письменные памятники будут обнародованы в ближайшее время. Как отмечает А. Р. Шихсаидов, археографические экспедиции открывают сегодня все новые и новые рукописные коллекции, которые в различных регионах Дагестана еще «содержат до 400 крупных коллекций. Число книжных собраний огромно, оно практически неисчерпаемо» .

Нами на сегодняшний день исследована лишь незначительная часть эрмитажной коллекции писем кубачинского происхождения (всего же их ок. 100 шт.), однако анализ этой незначительной части открывает перед нами много нового, интересного и доселе неизвестного об истории и жизнедеятельности кубачинского (Зирихгеранского) государства. Вряд ли кто-нибудь мог предположить, что коллекция арабских рукописей, хранящаяся у одного из местных жителей и приобретенная в 70-х годах XX века сотрудниками Госэрмитажа в ходе их экспедиции в селение Кубачи, содержит такой редкий и богатый материал в виде этих писем. Большая заслуга в их сборе и хранении принадлежит Анатолию Алексеевичу Иванову, бывшему заведующему Отделом Востока Государственного Эрмитажа, ныне ведущему научному сотруднику этого Отдела. А. А. Иванов является куратором многих выставок, посвященных искусству Дагестана в целом и Кубачи в частности. Он ученый с мировым именем и уникальный специалист в области искусства и культуры Ближнего и Среднего Востока, который более 60 лет своей жизни отдает служению этому музею.

 

Из исторических источников нам известно, что в Зирихгеране существовала одна из самых знаменитых школ переписчиков арабской религиозной литературы в средневековом Дагестане. Ставшее популярным своими высокохудожественными ювелирными изделиями и оружием, это малое государство необыкновенного мастерства достигло также в искусстве арабской каллиграфии. Будучи художниками от природы, жители этого небольшого средневекового государства не могли не заинтересоваться арабской вязью, наибольшее значение в которой придавалось орнаментальной форме исполнения письма. И по сей день наше внимание привлекает красивейшее эстетическое оформление арабского алфавита и его богатая художественная разработка и отделка. Это и вертикальное положение арабских букв, орнаментальное единство в характере изгибов, знакомое многим кубачинцам еще с детства, а также гармония всего целого. Как отмечает проф. А. Р. Шихсаидов, «…Зерехгеран был в XV–XVII вв. одним из выдающихся центров и другой формы художественного творчества – здесь была организована работа по тиражированию памятников письменной культуры, переписке арабских рукописей, поступавших из стран Ближнего и Среднего Востока, удовлетворяя, таким образом, запросы духовной элиты Дагестана, местных ученых, преподавателей и учащихся местных медресе». Зирихгеран располагал не просто переписчиками (катибами), а переписчиками-профессионалами, специализировавшимися, в основном, на переписке религиозной литературы, суфийских трактатов, учебников и толковых словарей арабского языка. Высокий уровень книжной культуры в Зирихгеране и наличие высокообразованных и художественно хорошо подготовленных специалистов-переписчиков способствовали большой популярности рукописей, переписанных на его территории .

Многие арабские авторы (например, ал-Казвини) сообщают о том, что в Зирихгеране особо уважаемыми были образованные люди. Они часто приглашали к себе чужеземцев, которые хорошо разбирались «в науке или каллиграфии», щедро награждали их . Как отмечает М. Т. Гаджимурадов в своей работе «Средневековый Зирихгеран», на территории Зирихгерана единственным общепринятым письменным языком с ХШ–ХIV в. стал арабский язык. Во многих прилегающих и относящихся к нему поселениях был хорошо налажен процесс изготовления бумаги и чернил . В дальнейшем арабский язык, получивший широкое распространение в Зирихгеране-Кубачи, оставался языком межплеменного общения вплоть до 20-х годов ХХ века .

Общеизвестно, что для средневекового Арабского Востока была характерна попытка выработать письменный деловой язык, его особый функциональный стиль, для осуществления деятельности государственного аппарата, наладившего деловую корреспонденцию на арабском языке в самые отдаленные концы Халифата. Характерной особенностью эпистолярного жанра в Дагестане, так же как и внутри всего мусульманского пространства, являлся определенный этикет составления послания. В традиции составления писем кубачинского происхождения также иногда встречаются гиперболы, риторические аксессуары и нагромождения, что было принято считать идеалом изящного письма на Востоке. Приведем пример:

Перевод«Нашему любезнейшему и почтеннейшему кунаку Ахмад-хану, сыну Амир-хамзы из Кубачи!

Мир Вам и милость (Аллаха)!

А затем:

После пожелания, чтобы Вы пребывали, блаженствуя в счастливой жизни, уведомляю Вас, что…».

Или же другой пример:

Перевод: «Самому дорогому, благороднейшему и выдающемуся учащемуся Ахмад-хану из Кубачи!

Мир Вам и всем, кто дает Вам знание! А затем:

 Самая большая просьба (мольба) от Аллаха, что Вы были в безопасности от всех козней и замыслов мирских и религиозных, чтобы Вы блаженствовали в море знаний и плавали в облаках проницательности...»

Как правило, письма начинаются с таких фраз, как «»Например:

Перевод: «От правителя благородного Ахмад-хана Уцмийского его близкому (родственнику) Амир-Хамзе из Зирихгерана.

Мир Вам. Аминь! А затем…»

Часто в письмах кубачинского происхождения встречается формула «Такому-то, да хранит его Аллах… от такого-то», введенная в оборот еще ал-Фадлом ибн Сахлом известным багдадским астрологом при дворе халифа Харуна ар-Рашида (786–809 гг.). Например

Перевод: «От Абдурашида – предводителя с. Урари,

настоящему молодцу Амир-Хамзе из Кубачи!»

Однако письма кубачинского происхождения отличаются своей лаконичностью и конкретикой, и редко можно встретить послание, где чуть выше описанное изящное письмо могло бы заглушить основную его мысль:

Перевод: «От общины мечети «Азатта» селения Зирихгеран славному алиму, кадию селения Урцаки и его благородной общине. Мир Вам, милость, довольствие и большое добро (Аллаха). Аминь! А затем:

 Ваш человек (по имени) Гази собрал урожай с земельного участка нашей мечети и внес заниженную плату за аренду – он не сдал договоренное количество (зерна). Вы заставьте его (пожалуйста) вносить ежегодно (плату за аренду), ибо этот земельный участок является собственностью селения»…

Или же другой пример:

Перевод: «Нашему любимцу Ахмад-хану и друзьям, джамаату (общине) селения Кубачи!

Мир Вам! Милость (и да будет доволен Вами Аллах)!

А затем:

Вами было отправлено письмо, в котором сообщили, что нуждаетесь в муэдзине, который бы обладал знаниями (и умел) читать (книги) перед учащимися, и я возблагодарил Всевышнего Аллаха, что Вы так поступили, избавившись от злополучия адского воинства. Я отправил к Вам благосклонного, знающего, богобоязненного ученика – соседа нашего Умара, сына Ятака. Стремитесь воспользоваться его знаниями. Поистине, он достиг совершенства в знаниях, хотя еще и не читал «Джам̒ ал-джавами̒», но он изучил остальные книги, в том числе трактат «аш-Шамсия» и «̒Ака’ид» ан-Насафи.

Вот и все!

Я Ваш покорный слуга, нуждающийся в Аллахе, Хаджи-Али ал-Акуши.

Завещаю Вам чтить Аллаха, быть богобоязненными, предпочитающими выстаивания молитв.

Мир Вам, всем братьям, следующим истинного пути и следующими за пророком – да благословит его Аллах и приветствует, а также его династию и тех, кто следует правильному пути!»

Здесь следует пояснить: сочинение «Джам̒ ал-джавами̒» известного шафиитского законоведа Абд ал-Ваххаба Тадж ад-Дина ас-Субки (род. в 727 г. х./1327 г. – ум. в 771 г. х./ 1370 г.), о котором идет речь в этом письме, это всеобъемлющий труд по охвату тем мусульманского законодательства: основ юриспруденции, религии и этикета. Ас-Субки был известным в исламском мире богословом, правоведом шафиитского мазхаба, ашаритом, суфием и шейху аль-исламом . Он и по сей день остается одним из уважаемых ученых-алимов во всем мусульманском мире.

Другое сочинение, о котором идет речь в упомянутом письме – трактат «Аш-Шамсия» – сокращенное название арабского учебника по логике, широко используемого  в среднеазиатских медресе. Полное название сочинения – «Аррисалат аш-шамсия фи-л-кава‘ид ал-мантикия». Автор – Наджмуддин Казвини («Дабирон», ум. в 1276 г.). Это сочинение имело широкое распространение и в Дагестане. Примечания к этому трактату в свое время написал известный дагестанский алим Давуд из Усиша (ум. в 1757 г.), обладатель весьма больших познаний в области арабской филологии, который считается одним из первых учителей арабской филологии в Дагестане. Третье сочинение, упомянутое в письме, – трактат «аль-‘Ака’ид» («аль-‘Ака’ид ан-насафийя» – «Символ веры») – книга Абу Хафса ан-Насафи, в которой собраны воедино главные и основные положения суннитского вероучения с точки зрения ханафитов . Его полное имя: Наджмуддин Абу Хафс Умар ибн Мухаммад ибн Ахмад ан-Насафи аль-Ханафи ас-Самарканди. Родился и жил в городе Насаф (ныне г. Карши в Узбекистане), который был одним из центров исламских наук в Средней Азии.

Можно предположить, что приведенное выше письмо, подписанное автором «Я…- Хаджи-Али ал-Акуши», принадлежит Али-Хаджи Акушинскому (1847–1930 гг.) – исламскому богослову, общественно-политическому деятелю и духовному лидеру Дагестана начала ХХ века. По имеющимся у нас данным, идеи Али-Хаджи Акушинского, действительно, были широко популярны, в том числе и в селении Кубачи. Как сообщает З. А. Салахбекова в своей диссертации «Власть и мусульманское духовенство Дагестана: история взаимоотношений (1920–1940 гг.)»: «В сел. Кубачи Дахадаевского района к сер. 30-х годов оставались 12 мюридов шейха Али-Хаджи Акушинского – Араев Гаджи, Кудацов Магомед, братья Даудовы – Гамза и Касум, Киков Нуратдин, Магомедов Нур, Тикаев Гаджи, Катикаев Абдулмажид, Маммагаджиев Гаджиабакар, Какабеков Абдулжалил, Никагаджиев Гаджиибрагим и Алиев Магомед» . 

Для кубачинского эпистолярного жанра было характерно присутствие таких составляющих языковой специфики, как местные антропонимы и топонимы. Встречаются, например, названия различных населенных пунктов: с. Урцаки (قرژكّهныне в Дахадаевском районе РД), г. Баку (بكو Республика Азербайджан), г. Темир-Хан Шура (ЗбФСЗен – ныне г. Буйнакск), с. Шаръи (ЗбФСЪн ныне в Агульском районе РД), Усиша (اسيشي – ныне в Акушинском районе РД),  с. Кала-Корейш (ЗбЮСЮСнФн – ныне в Дахадаевском районе РД).

Здесь следует отметить, что в письмах конца XIX века названия некоторых известных в истории населенных пунктов стали писаться в более произвольной форме. Так, например, название Кала-Корейша на арабском языке обрело иную форму, нежели мы встречали в ранних источниках - ЮбЪЙ ЮСнФ. Причем это вольное написание встречается в различных вариациях. В одном и том же письме, например, мы можем встретить два варианта Кала-Корейша – ЮСеЮСнФ и ЗбЮСЮСнФ. В некоторых письмах этого же периода мы также сталкивались с тем, что арабской графикой были написаны названия русских месяцев, чего раньше никогда не наблюдалось. Возможно, это было связано с набирающей свои обороты в тот период «модой» в Дагестане на отказ от написания арабских оригинальных названий.

Одной из важных составляющих языковой специфики исследуемых нами писем, касающихся всемирно известного аула златокузнецов, было присутствие в них профессиональной языковой лексики. Например:

Перевод:

«От благородного правителя Ахмад-хана Уцмийского его близкому (родственнику) Амир-Хамзе из Зирихгерана.

 Мир Вам. Аминь!

А затем:

Не настало ли время закончить работу над моим пистолетом и выслать его мне? Может быть, ты позабыл про него? Если сделал его, то ты должен немедля доставить его, а если нет, ответить положительно с подателем (сего) письма Салихом. Намерен ли ты, хотя бы после этого, незамедлительно его сделать или нет?

Ты обязан дать мне ответ «да» или «нет».

И все».

Или же другой пример:

Перевод:

«Искреннейшему брату Али – (славному) сыну из Кубачи!

Мир Вам (постоянный)!

(Поистине) я передал свой кинжал Абдулхамиду, сыну Танка-Мухаммеда, чтобы нанесли на нее надпись золотом. Он не вернул его (до сих пор). Постарайся, (пожалуйста), о мой брат, и посодействуй доставить его ко мне (как можно) скорей с надписью или без нее, ибо мне пора отправляться в вилаят Гаранийа (Каранай).

Все. От Кади, сына Махачилав-кади из Гумука (Кумух)»…

Помимо писем с сугубо традиционной для кубачинцев профессиональной тематикой, встречаются письма, представляющие собой официальную переписку с правителями местного значения, а также с властями Российской империи (в более поздний период). Сюда можно отнести переписку с такими известными личностями в истории, как Орбелиани (правитель Северного Дагестана), Чавчавадзе (правитель Западного Дагестана), Абу-Муслим-хан Тарковский и т. д. Как правило, эти письма – воззвания к отдельным обществам (джама̒ату), решения по судебным тяжбам, вынесение решений о наказании и наложении штрафов, жалобы, прошения и т. д. Например:

Перевод:

«Помощнику председателя Кубачинского суда!

Податель (сего), Али из Каракорейша, жалуется, что у него украли домашние и личные вещи из дома. Джама̒ат же Каракорейша утверждает, что это его уловки и хитрости, чтобы его вещи возместил джама̒ат. В связи с этим я повелеваю Вам отправиться в селение Каракорейш со всеми членами суда (дивана) селения Кубачи. Осмотрите его дом, удостоверьтесь – украдены ли вещи из дома, какие имеются улики кражи, взлома окон или дверей, отверстий в стене или в потолке? Что свидетельствует о совершении кражи? Украдены ли действительно его вещи из дома? Что говорит джама̒ат в отношении его родственников? Напишите обо всем этом ясный ответ. Затем отправьте это письмо и Али со старшиной селения Каракорейш ко мне без задержки».

Дата: 19 апреля 1897 г. Подпись: Кади Нух-Бек и его именная печать.

 Все письма кубачинского происхождения написаны на арабском литературном языке. По причине того, что у нас на руках имеются только их копии, нам не представляется возможным определить, на какой бумаге они написаны. Вполне вероятно, что использовалась своя бумага, которую в Зирихгеране производили самостоятельно . Написаны эти письма традиционным для Дагестана того периода почерком – «дагестанским насхом».

Содержание изученных нами писем свидетельствует об имевшем место богатом культурно-историческом опыте и традициях жителей, говорящих на кубачинском языке. Среди его жителей особо уважаемым был статус образованного человека. Бережное отношение к популярным на Востоке сочинениям, имеющимся у них в собственности, свидетельствует о большом почтении жителей этого аула к наукам и, как отмечает сотрудник Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН Р. Шарафутдинова, об их «высоком уровне книжной грамотности» . Например:

Перевод: «Любезнейшему кунаку нашему Ахмад-хану, сыну Амир-Хамзы из Кубачи.

Мир Вам и милость (Аллаха) над Вами.

А затем:

После пожелания (тебе того), чтобы ты, блаженствуя, пребывал в счастливой жизни, уведомляю тебя, что я намеревался купить два тома «ал-Мухаррара», отослав деньги в Наху с тем, кто направляется туда. Однако у нас ничего не вышло, и я, оставшись без приобретения безумно желаемого (мной сочинения) и, услышав, что у тебя есть первый том «ал-Мухаррара»,  послал к тебе это письмо, прося у тебя дать мне эту книгу для пользования до того периода времени, как я приобрету (себе) те два тома. Я обязуюсь хранить его, поместив в такое место, куда не дотянутся чужие руки и где он не покроется пылью…».

Здесь следует отметить, что известный в мусульманском мире трактат по праву «ал-Мухаррар» часто переписывался жителями Зирихгерана и пользовался большой популярностью во всем Дагестане. Он принадлежит известному правоведу-шафииту имаму Абу-л-Касиму Абдалкариму ар-Рафии ал-Казвини (ум. ок. 613/1226 г.). К этому сочинению было написано много комментариев (шархов). Один из таких комментариев принадлежит «выдающемуся ученому, мечу веры и ислама, господину факихов и ученых, венцу адибов и достойных людей Махмуду ибн Мухаммаду ал-Кирмани» (К. Брокельман) . Именно этот комментарий, названный «Шарх ал-Иджаз», переписал житель Зирихгерана – «…самый немощный из рабов Всевышнего Аллаха… Абу Бакр (Абубакар), сын Мухадайа ал-Джабали аз-Зерехгерани… в восемьсот сорок втором году хиджры пророка…» (что соответствует июню 1438 г. по григорианскому календарю).

Или другой пример:

Перевод: «От покорного и грешного раба (Аллаха) Ходжи его брату по вере (в Аллаха) Курбану из селения Шаръи. (С пожеланиями) полного благополучия и многочисленными приветствиями.

А затем:

Опросив жену и детей покойного и прощенного (Своей милостью Всевышним Аллахом) Халил-Ибрагима, я обстоятельно разузнал относительно книги, которая называется «Джам̒ ал-джавами̒». Мне ответили, что эту книгу они не могут продать, т. к. родственники покойного не давали согласия продавать книги Халил-Ибрагима до совершеннолетия его детей.

Вот таков ответ на Вашу директиву (указание)».

В этом письме мы снова встречаем сочинение известного шафиитского законоведа, упомянутого выше Абд ал-Ваххаба Тадж ад-Дина ас-Субки «Джам̒ ал-джавами̒». Ас-Субки – создатель также известного суфийского сочинения «Табакат аш-Шафи‘ийа ал-кубра» («Самые важные разряды шафиитов»). Целью его трудов не была полемика, направленная против других мазхабов; для его стиля характерен примирительный тон. Для ас-Субки спор между матуридитами-ханафитами и другими суннитскими течениями не стоял на первом плане. На него гораздо большее влияние оказывала религиозная политика мамлюков, чьей главной целью было согласие между мусульманами и признание всех суннитских школ. Абд ал-Ваххаб Тадж ад-Дин ас-Субки преподавал во многих медресе Дамаска и других городов Ближнего Востока, среди которых «Азизие», «Газалие», «Азравия», «Насирия», «Даруль-хадис Ашрафия» и «Шайхуния». Здесь следует отметить, что дагестанские ученые-алимы имели тесные отношения и контакты с некоторыми представителями этих школ и в Дагестане высоко ценились их труды .

Материал и сведения, полученные нами в ходе перевода и анализа частной и деловой переписки, дают основание сделать вывод о попытках серьезного изучения и привнесения жителями, говорящими на кубачинском языке, в свою духовную жизнь идей новых суфийских течений, более приемлемых и подходящих для условий их быта и ремесленного производства. Известно, что взаимоотношения шариата и тариката в Дагестане были неотделимы друг от друга. Известно также, что особенностью тарикатизма является небольшое послабление в исполнении мусульманином своих обрядов. Как отмечает Шамиль Шихалиев в своей статье «Суфийские вирды Накшбандийа и Шазилийа в Дагестане», «…если у тебя остались пропущенные посты, молитвы, то без тариката, без руководства своего шейха, ты их никогда не восполнишь, как того требует шариат» . Распространение и популяризация трудов Абу Хафса ан-Насафи и Абд ал-Ваххаба Тадж ад-Дина ас-Субки – одни из таких попыток. Нам известны также другие случаи как, например, попытка распространить суфийские идеи Абу-ль-Маали Азиза (ал-Гилани) по прозвищу Шайзала (ум. в 494/1100 г.), суфия-аскета, факиха-шафиита, знатока и собирателя арабской поэзии и повествований, автора многочисленных сочинений по наставлениям, ал- фикху, основам веры .

Невероятно красиво оформленная рукопись на арабском языке, которая была переписана с сочинения Абу-ль-Маали Азиза («Блестки света сердец в собрании тайн любящего и Любимого») в Зирехгеране в 954 году хиджры (1547–1548 г.) каллиграфом по имени Ахмад, до сих пор считается одним из ценнейших экспонатов постоянно действующей выставки, посвященной искусству Дагестана XIV–XX веков, открытой в 2009 году Михаилом Борисовичем Пиотровским в Государственном Эрмитаже  (г. С-Петербург). Причем в оформление начальных страниц рукописи внесены оригинальные изменения в виде рамок с кубачинским орнаментом, возможно, самим зирихгеранским каллиграфом, представителем государства, известного своими ювелирами и художниками, возможно, кем-либо из местных жителей. На фотографии мы можем четко видеть, как по краям черной тушью рядом с оригинальным арабским орнаментом добавлена орнаментальная композиция чисто в кубачинском стиле, который именно с того периода стал формироваться в его нынешнем виде.

При знакомстве с содержанием писем кубачинского происхождения обращает на себя внимание следующая деталь: жители, говорящие на кубачинском языке, в своих письмах получают нисбу двух разных вариантов. Например: «Амир-Хамза из Кубачи» и «Амир-Хамза из Зирихгерана». Причем эта деталь присутствует в письмах примерно одного и того же периода времени и даже в более поздние периоды – в конце XIX века, хотя из истории нам известно, что данное государство еще с XV века получило новое название – Кубачи. Мы можем допустить, что такая особенность связана с местоположением адресата. К примеру, получателю письма, находящемуся территориально близко к Турции, кубачинцы, вероятно, писали «Амир Хамза ал-Кубачи», тогда как адресату, тому, кто был ближе к Ирану – «Амир Хамза аз-Зирихгарани». Очевидно, что последний вариант был более знаком и понятен иранцам в связи с историей их культурных взаимоотношений с Зирихгераном. Данная гипотеза, несомненно, имеет право на существование, если учесть сохранившуюся вплоть до сегодняшнего дня практику у кубачинцев называть двояко и антропонимику местных и соседских жителей, и различную топонимику. Некоторые наименования народов или стран, как правило, в кубачинском языке имеются в двух вариантах, причем кубачинские варианты даже близко не похожи по своему звучанию. К примеру, город Дербент на кубачинском языке – «Чулила», Кала-Корейш – «Ацмаццила», Буйнакск – «Шурагье», Владикавказ (ранее Орджоникидзе) – «К1абк1ай», Каспийск – «Къачча-сарай» и т. д.

В заключение следует отметить, что изучение арабоязычных эпистолярных документов Зирихгерана-Кубачи является очень важным звеном в исследовании роли арабского языка в истории культуры народов Дагестана и Северного Кавказа. Введение в научный оборот памятников арабоязычного эпистолярного жанра Зирихгерана-Кубачи посредством их перевода и анализа, несомненно, внесет много ценного и нового в историю изучения взаимоотношений этих народов, а также прольет свет на многие стороны их общественно-политической и культурной жизни. Это предоставит также возможность исследователям использовать эти памятники уже в историческом контексте, одновременно обращаясь к другим источникам.

 

Список литературы:

  1. http://majles.alukah.net/t27617/ شرح جمع الجوامع للسبكي (Дата обращения – 10.11.2017 г.).
  2. Восток: прошлое и будущее народов (новые подходы в теории и методиках востоковедных исследований). Тезисы докладов и сообщений. Махачкала, 1–5 октября 1991 г. Том II. Политология, история, и литературоведение. М. 1991 г. С. 209
  3. Восточная литература. Средневековые исторические источники Востока и Запада. (http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/M.Asien/XIX/1880-1900/Aini_Sadriddin/gloss.phtml. Дата обращения – 03.11.2017 г.)
  4. Гаджимурадов М. Т. Средневековый Зирихгеран. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 2004 г. Подробнее об этом см.:  http://cheloveknauka.com/srednevekovyy-zirihgeran#ixzz4up3moFyM http://cheloveknauka.com/srednevekovyy-zirihgeran(дата обращения – 03.11.2017 г.).
  5. Наджмуддин ан-Насафи. Материал из «Википедии». (см.: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B0%D0%B4%D0%B6%D0%BC%D1%83%D0%B4%D0%B4%D0%B8%D0%BD_%D0%B0%D0%BD-%D0%9D%D0%B0%D1%81%D0%B0%D1%84%D0%B8. Дата обращения – 03.11.2017 г.)
  6. Назир из Дургели и его биобиблиографический труд 
    «Услада умов в биографиях дагестанских ученых». Подробнее см.: http://abu-amin.livejournal.com/34237.html (дата обращения – 03.11.2017 г.).
  7. Салахбекова З. А. в своей диссертации «Власть и мусульманское духовенство Дагестана: история взаимоотношений (1920–1940 гг.)»  на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 2003. С. 138.
  8. Таджуддин ас-Субки. Подробнее см.: «Википедия» – https://ru.wikipedia.org/wiki/Таджуддин_ас-Субки (дата обращения – 03.11.2017 г.).
  9. Шихалиев Ш. «Суфийские вирды Накшбандийа и Шазилийа в Дагестане» (https://cyberleninka.ru/article/n/sufiyskie-virdy-nakshbandiya-i-shaziliya-v-dagestane.(Дата обращения – 10.11.2017 г.).
  10. Шихсаидов А. Р. Дагестанские святыни. Книга третья. Зерехгеранская школа переписчиков (https://history.wikireading.ru/395718. Дата обращения – 03.11.2017 г.).
  11. Шихсаидов А. Р. Дагестанские святыни. Книга третья. Подробнее см.: https://profilib.com/chtenie/28602/amri-shikhsaidov-dagestanskie-svyatyni-kniga-tretya-21.php (Дата обращения – 03.11.2017 г.).

 

 

Восток: прошлое и будущее народов (новые подходы в теории и методиках востоковедных исследований). Тезисы докладов и сообщений. Махачкала, 1–5 октября 1991 г. Том II. Политология, история и литературоведение. М., 1991. С. 209.

Шихсаидов А. Р. Востоковедные исследования в Дагестане. Вестник Института ИАЭ ДНЦ РАН. 2014. №4

Шихсаидов А. Р. Дагестанские святыни. Книга третья. Зерехгеранская школа переписчиков (https://history.wikireading.ru/395718. Дата обращения – 28.09.2017 г.).

 

Гаджимурадов М. Т. Средневековый Зирихгеран. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 2004. Подробнее об этом см.: http://cheloveknauka.com/srednevekovyy-zirihgeran (дата обращения – 07.10.2017 г.).

Там же.

Там же.

Восток: прошлое и будущее народов (новые подходы в теории и методиках востоковедных исследований). Тезисы докладов и сообщений. Махачкала, 1–5 октября 1991 г. Том II. Политология, история и литературоведение. М., 1991. С. 209.

 

  http://majles.alukah.net/t27617/ شرح جمع الجوامع للسبكي (Дата обращения 10.11.2017 г.).

Таджуддин ас-Субки. Подробнее см.: Википедия – https://ru.wikipedia.org/wiki/Таджуддин_ас-Субки (дата обращения – 23.09.2017 г.).

Восточная литература. Средневековые исторические источники Востока и Запада. (http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/M.Asien/XIX/1880–1900/Aini_Sadriddin/gloss.phtml. Дата обращения – 03.11.2017 г.)

Наджмуддин ан-Насафи. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B0%D0%B4%D0%B6%D0%BC%D1%83%D0%B4%D0%B4%D0%B8%D0%BD_%D0%B0%D0%BD-%D0%9D%D0%B0%D1%81%D0%B0%D1%84%D0%B8 (дата обращения – 23.09.2017 г.).

 

. Салахбекова З. А. Власть и мусульманское духовенство Дагестана: история взаимоотношений (1920–1940 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 2003. С. 138.

Гаджимурадов М. Т. Средневековый Зирихгеран. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала, 2004. Подробнее об этом см.:  http://cheloveknauka.com/srednevekovyy-zirihgeran#ixzz4up3moFyM http://cheloveknauka.com/srednevekovyy-zirihgeran (дата обращения: 07.10.2017 г.).

Восток: прошлое и будущее народов (новые подходы в теории и методиках востоковедных исследований). Тезисы докладов и сообщений. Махачкала, 1–5 октября 1991 г. Том II. Политология, история и литературоведение. М., 1991. С.209.

          Шихсаидов А. Р. Дагестанские святыни. Книга третья. Подробнее см.: https://profilib.com/chtenie/28602/amri-shikhsaidov-dagestanskie-svyatyni-kniga-tretya-21.php (Дата обращения 03.11.2017 г.).

Там же

Таджуддин ас-Субки. http://al-fatava.com/forums/index.php?showtopic=3231(Дата обращения – 10.11.2017 г.)

Известный ученый-арабист, религиозный и общественный деятель Дагестана начала XX века, энциклопедист Назир ад-Дургели (Назир Магомедгаджиев, род.1891 – ум. 1935) является автором первого в дагестанской историографии труда, специально посвященного истории наук в Дагестане в Х–ХХ вв., «Услада умов в биографиях дагестанских уче­ных» («Нузхат ал-азхан фи тараджим ‘улама’ Дагистан»). Читателя поражает обширный справочный аппарат, использованный в ходе исследования. В своей работе, издание которой долгое время было невозможно из-за советских антирелигиозных установок, он использовал, например, ряд сведений, извлеченных из по­пулярных на Ближнем Востоке биобиблиографических словарей, исторических и географических сочинений. Помимо известных трудов различных ученых, Назир ад-Дургели использовал и труды ‘Абд ал-Ваххаба Тадж ад-дина ас-Субки.

Шихалиев Ш. «Суфийские вирды Накшбандийа и Шазилийа в Дагестане» (https://cyberleninka.ru/article/n/sufiyskie-virdy-nakshbandiya-i-shaziliya-v-dagestane.(Дата обращения – 10.11.2017 г.).

Имам ан-Насафи – является автором около ста трактатов и книг по различным отраслям исламских наук. Помимо известного нам «аль-‘Акаид ан-Насафийя» он автор известной книги «Китаб фи байан мазахиб ал-мутасаввифа» («Разъяснение суфийских толков»).

Прозоров С. М. Пророк Мухаммад в суфийской традиции как совершенное воплощение Мистической любви к Богу. (Подробнее см.: http://www.orientalstudies.ru/rus/index.php?option=com_publications&Itemid=75&pub=1354. Дата обращения – 14.11.2017 г.)

 

  Нисба – часть арабо-мусульманского имени, начинающая генеалогическую, этническую, религиозную, политическую, социальную принадлежность человека, место его рождения или проживания и т. д. (подробнее см.: Википедию – https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B8%D1%81%D0%B1%D0%B0. Дата обращения – 06.11.2017 г.)